Шарлотта Бронте. Шерли. ч.2


Б​есконечные вересковые пустоши, редколесье, дождь и ветер, ветер и дождь. Разбросанные фермы. Обывательские домики, окружённые палисадниками. Обитатели развлекаются лишь визитами друг к другу - в гости. Невероятно озабочены тем, чтобы выглядеть "прилично", а "неприличных" здесь выносят за скобки навсегда.


Единственное место, где собираются все - это церковь, и соответственно, пастор - едва ли не единственный авторитет. Благолепие?

Но почему фабрикант Мур не спит, вглядывается в темноту, не находит себе места? А он далеко не уверен, что получит заказанные им новые машины, что драгоценные механизмы не переломают по пути. И кто?! Рабочие его фабрики: машины грозят им потерей работы. И голодом. И смертью детей - немногие смогут пережить даже одну голодную зиму!


Да, от этой партии машин доедут лишь обломки, но Мур тут же закажет новые. И поставит. И уволит полфабрики. И восхитит влюблённую в него Каролину тем, что останется защищать фабрику с оружием в руках против озверевшей толпы безработных. Солдаты, конечно, вызваны, но ведь они могут и опоздать...

"Не странно ль, что, если является в гости
К нам голод и слышится вопль бедняка.
За ломку машины ломаются кости
И ценятся жизни дешевле чулка?
Ребенка скорее создать, чем машину,
Чулки - драгоценнее жизни людской
И виселиц ряд оживляет картину,
Свободы расцвет знаменуя собой."

Это написал Байрон. Наивный лорд! С "новым англичанином" Муром они говорили на разных языках: Мур уверен, что именно он защищает и свободу, и прогресс, и здравый смысл. И его долгие разговоры со "сквайром Шерли" именно о том, как не разориться, а сложив усилия, приумножить доходы. Неужели новые хозяева не договорятся со старыми, если и те, и другие - прежде всего, хозяева?
Но ведь не жестоки - вот Шерли организует раздачу безработным ... молока. На своём подворье. И когда они, уже получив молоко, задержались, чтобы "потолковать", им фамильярно (то есть на языке, им понятном) указано на ворота. Получили - и уходите. "Я их люблю... но только пока они знают своё место" - так честно признаётся Шерли в своих чувствах к "народу".

Мерзко? Нет: ведь читатель видит, что перед ним не худшие, а едва ли не лучшие представители аристократии, как земельной, так и денежной.

Возможно ли примирение этих "двух Англий"? Автор не пытается прописывать рецепты, её задача - просто быть честной. И она честно не знает, что делать...

Диккенс возлагал надежды на церковь, но разве церковь обладает таким влиянием в английском обществе? Стычки и перепалки всевозможных сектантов - это в английских романах общее место, и у Бронте эти страницы блистательно остроумны, но мисс Шарлотта задалась вопросом, а почему Англия - самая сектантская страна? Почему не менее половины англичан сами себе создают проблемы, активно презирая государственную церковь?

Читатель сам поищет ответ, просто прочитав "вставные новеллы" о молодых священниках - самоуверенных, примитивных, наглых, претендующих на исключительность лишь потому, что их прихожане знают ещё меньше. И о старых священниках, равнодушных ко всему, кроме пожрать да выпить. И об околоцерковной благотворительности и приходском образовании.
Но за всем этим - искренняя досада на то, что светлая идея в столь неумелых руках, и уверенность, что без церкви, как организации, было бы ещё хуже. Она - не спасение, но всё - таки... Быть может, это - последний обруч, ещё как - то скрепляющий разваливающуюся бочку английского общества.

***

Продолжение следует

Наталья Баева для портала ​Гостиная студии Беркана


Комментариев нет