​Владислав Глинка. Повесть о Сергее Непейцыне

Владислав Глинка. Повесть о Сергее Непейцыне

Владислав Глинка. Повесть о Сергее Непейцыне.

Сегодня, когда на живой памяти не осталось ничего, имеющего отношения к русскому дворянству, сколько людей вдруг начали искать у себя благородных предков! И ведь находят! И рассуждают о "настоящей дворянскости" с придыханием благоговейным...
По-человечески это понятно: противоестественно не знать своих предков, дальше бабушки, ничего нет хорошего в потере понятий родословной, рода. Но... "настоящими дворянами" были и гоголевские помещики, и лесковские однодворцы, и толстовские сиятельства, и чеховские ничтожества. Между собой эти люди не нашли бы ничего общего!
А кому и что могло сказать скромное имя российского дворянина Сергея Непейцына, первым сражением которого стал штурм Очакова, а последним - Бородино? Рядовой истории...

Начинается рассказ картинами барской жизни, уютной, сытой и бестолковой. Но вот по небрежности сгорел барский дом, и дяденька Семён Степанович, герой-подполковник, заехавший на краткую побывку, спасает из огня семью брата. Только брата спасти не успел.
Маленькие племянники с этого дня росли врозь. Младшенький Осип, матушкин любимчик, без конца ныл и лупил чем попадя нянек. Няньки у матушки и считались виноватыми: "не могут угодить дитяте!" И тут же добрая матушка продавала холопских детей, как щенков. А старший, семилетний Серёжа, оказался на руках у Ненилы, чудесной сказительницы, особенно любившей сказки "про страшное". Например, про медведя на деревянной ноге: "Скрипи, нога, скрипи, липовая! Где-то баба не спит, моё мясо варит, мою шёрстку прядёт"... И нашёл ведь медведь коварную обманщицу, и "приел". И правильно - не смей и зверя обмануть, если зверь к тебе с добром приходил!"
После очередной победы русского оружия в имение возвращается дядюшка, и деятельно перестраивает усадьбу, налаживает хозяйство, находит время и для Серёжи - учит ездить верхом. Но вот Серёжа, по примеру маменьки, сунул няньке в бок кулаком: "Отстань, зуда!" И впервые увидел дядю Семёна в гневе:
- Одну лапу ещё сосёшь, а другой тиранствовать норовишь?! Уж если хочешь мне любезен быть, так и скотину ударить не моги, не то, что человека!
Поостынув, дядя объяснит уже спокойно и веско:
- Нельзя человека бить оттого только, что тебе захотелось, особливо если он сдачи дать не смеет! Ударить позволительно лишь чтобы остановить несправедливое, чтобы слабого от сильного оборонить! А теперь смотри, что на новых изразцах нарисовано - написано. Умел бы читать - прочитал бы. Хочешь, научу?
Так началось воспитание - обучение будущего русского офицера...

Владислав Глинка. Повесть о Сергее Непейцыне

Берётся дядюшка учить и младшего племянника, Осипа. И ужасается его душевной пустоте. Вернее - полному бездушию, и в то же время - успехам в учении: "Ум его проснулся! Если ещё и душу разбудим - прямыми братьями станете"...
Прошло десять лет - и вот уже братья под Очаковым. Осада крепости затянулась, от безделья Осип режется в карты, дерётся с шулером и... гибнет на первой же дуэли.

А Сергей искалечен при штурме. Потерял ногу в восемнадцать лет... Не выжил бы, если бы не камердинер Филя!
А дальше будут скитания по петербургским кабинетам на деревяшке с прошениями о дальнейшей службе. Предложение об отставке почти оскорбит - ничего ещё не успел сделать для отечества! Долгие беседы с дядюшкой приняли новое направление: Сергей задумался о воле для мужиков. Но для дяди Семёна это - начало конца государства:
- А мы с тобой - разве вольные? Крепостные государыни и Отечества... Вот твой Филя - прекрасный человек, а только и в нём я не уверен. Думаю, он и сам в себе не уверен! Ведь если у человека никогда не было денег, и вдруг - сразу много, как он себя поведёт? Никто этого не знает! А если никогда не было воли?"
Сергей всё же вручает Филе "вольную". И слышит в ответ: "Зачем, батюшка, если душа у меня крепостная? Или плохо я служил, или надоел?! Ну и не обижай!"
И барин почувствовал себя чуть ли не виноватым...
Будет и невеста, польстившаяся на состоятельного жениха, но за глаза прилепившая ему, одноногому, ехидное прозвище... Нечаянно услышал.

Владислав Глинка. Повесть о Сергее Непейцыне

И вдруг появился Сергей Непейцын в свете... снова на двух ногах! Чудо? Наверное, он не спешил никому ничего объяснять. Назначение на службу получил. Снова сел на коня с твёрдым намерением вернуться в строй. Вполне возможно с чудесным пружинным протезом работы самого Кулибина!

Вторая книга о жизни рядового русского дворянина называется "Дорогой чести".
Как-то смешно на фоне такой судьбы выглядят карточные "долги чести" и та "честь", которую положено защищать от каждого косого взгляда...

Наталья Баева для портала Познаем Мир Вместе


Комментариев нет